Тупиковый путь Афросоюза

Максим Петренчук, Росбалт, 28 января 2007

Только в Старом Свете существует не один десяток мест, где есть сепаратистские тенденции. Где-то угроза сепаратизма вполне реальна, где-то она существует лишь на уровне языка или культуры...

Пока в различных частях света идут ускоренные процессы межгосударственной интеграции, Африке, похоже, еще долго суждено оставаться раздробленной. На фоне последних событий в Судане и Сомали вновь встает вопрос о реальной политической роли Африканского союза на континенте.
С момента первых панафриканских теорий эпохи антиколониализма, Африку не покидает желание показать США и Европе свой особый путь, «негритюд». Неудивительно, что когда в 2001 году создавался Африканский Союз (АС), его лидеры выдвинули крайне амбициозные лозунги. В списке главных целей организации значились борьба с бедностью, экономическое и политическое сближение участников, защита национальных интересов африканских стран, а главное — совместное решение всех военных конфликтов на континенте своими силами.

Последний пункт для Африки очень важен. Ни для кого не секрет, что сегодня континент представляет один сплошной очаг этнических и межнациональных столкновений. Эти войны — бич материка, без устранения которого невозможно строительство нормального общества. Кровоточащая в междоусобицах Африка не только не способна обеспечить какой-то экономический прогресс, но даже продемонстрировать мировому сообществу элементарный уровень цивилизации.

И здесь создатели Союза оставили ему широкие права. В рамках АС учреждался собственный совет безопасности — по образцу ООН, при нем создавались миротворческие силы континента — для ведения соответствующих интересов. Вдобавок был основан Верховный африканский суд — специально для процессов над военными преступниками. В общем, всеми силами Африка пыталась отмежеваться от остального мира и показать, что сама способна решить свои проблемы.

Однако сейчас, по прошествии пяти лет, видно, что АС не удалось решить поставленные задачи. Зачинатели организации не только не смогли ликвидировать гуманитарную катастрофу на континенте, но даже минимально урегулировать местные конфликты.

Примером тому может служить Судан, где уже не первый год находятся миротворческие силы Союза. Введены они были в страну сразу после событий 2003 года в провинции Дарфур. Тогда эта акция оценивалась как глубоко «символичная» — как-никак, первая операция недавно образованного АС. Так или иначе, «символичной» она и осталась: стрельба в Дарфуре до сих пор идет. В регионе были убиты сотни человек, сохраняется угроза втягивания в конфликт посторонних государств — Эфиопии и Чада. Международные наблюдатели по правам человека бьют тревогу, говоря о «поистине массовой и неконтролируемой резне».

Тут-то, понимая свою слабость, африканцы вновь обращаются к Западу — тому самому Западу, от которого они вроде как «обособились». Но, в принципе, ООН зла не держит — послать в Дарфур войска они готовы. Однако официальное правительство Судана выступает резко против, мотивируя это «политическим моментом». При этом Судан — член АС. Подобная ситуация как нельзя лучше показывает политическую несостоятельность Союза — организация не только не способна решать военные задачи, но даже адекватно влиять на своих членов.

Еще одним примером может служить недавняя эскалация конфликта в Сомали. Летом прошлого года страна находилась в руках Союза исламских судов. Естественно, что конгресс АС выступил против исламистов, но что происходит дальше? Вместо того, чтобы решить проблему при помощи собственных рычагов, Союз занимает пассивную позицию, а восстановить законный режим в Сомали помогает армия соседней Эфиопии, вторгнувшаяся в страну со своими целями. Спрашивается, а зачем нужны все эти пафосные инстанции, СБ и суды, если проблемы Африки, как прежде, решаются при помощи личных ресурсов и связей? И что может сделать АС, если он даже не способен направить в регион миротворцев? Ведь эфиопы скоро уйдут, а угроза нового наступления со стороны исламистов сохраняется.

При всем этом надо сказать, что миротворческие операции — чуть ли не главное достижение АС. В прочих сферах прогресс организации наблюдается намного меньший, а точнее — отсутствует. Экономическое сближение идет лишь в речах на саммитах, борьба со СПИДом и бедностью — тоже на бумаге. Что уж говорить, если в прошлом году парламент Афросоюза вообще не в первый раз оказался на грани банкротства. Причина смешна и банальна — главные спонсоры из числа участников просто не вносят взносы. Похоже, даже элементарный интерес к совместной организации иссяк.

В итоге, из-за нехватки средств АС все чаще приходится обращаться за помощью к Западу. При этом рушится не только вся теория «самодостаточной волевой Африки», но и банальный престиж организации. Из серьезной цельной интеграционной структуры АС превращается в очередной благотворительный клуб помощи «бедным и голодным». И вновь Африка — всего лишь бездонная бочка для денег во имя «строительства континента и демократии».

В чем же причина провала планов интеграции АС? Прежде всего, надо учесть один момент. Современная Африка — гигантский континент с огромной политической картой, донельзя усложненной различными противоречиями. Гражданские войны и нестабильные режимы, демаркационные споры и региональная вражда — развязать этот узел смогла бы лишь адекватная сила. А вот такой в Африке как раз и нет. Нет на материке своего Китая или блока Франция-Германия, которые вели бы жесткую своеобразную интеграционную линию. И если в 2001 году этот конструкт как-то вырисовывался в форме блока Ливии и ЮАР, сейчас понятно, что возможностей этого альянса категорически недостаточно. Союзу Мбеки-Кадафи не хватает сил для решения противоречий с региональными авторитетами — Сенегалом, Эфиопией, Зимбабве, Египтом, не говоря уже об огромном количестве других мелких государств со сложной политической ситуацией.

К тому же в отношениях между Ливией и ЮАР тоже не все гладко. Между этими странами существует огромная разница в идеологиях. Одиозный Кадафи явно стоит на позициях африканского национализма, убеждая всех в «необходимости защитить материк от неоколониальной экспансии Запада». Его оппонент из ЮАР Табо Мбеки, напротив, выступает за строительство либеральных демократий с открытыми рынками, которые станут привлекательными для инвестиций. Здесь-то вырисовывается еще одна проблема АС — буквальное изобилие концепций. Чуть ли не каждый участник имеет собственную теорию того, какой должна быть глобальная Африка. И той, которая бы устроила всех, никак не найдется.

На все это накладываются типичные проблемы «черного континента» — отсталость политических институтов, экономические проблемы, коррупция, нищета, а также вечный поиск поблажек. Именно так — беднейшие страны АС ищут в организации спонсора, но только состоятельные страны — такие как Сенегал, Египет, ЮАР, Ливия — в дотировании иждивенцев, понятное дело, не заинтересованы.

Хотя многие специалисты считают сам прецедент создания АС позитивным, сегодня все чаще звучит мнение, что этим путем африканская интеграция двигаться однозначно не в состоянии. Все-таки гигантская единая Африка — это проект-утопия, реальная же интеграция континента должна начаться с регионов — создания локальных блоков и сближения региональных государств. У Кении и Зимбабве явно больше совместных интересов, чем у Зимбабве и далекой Ливии. При этом, как ни прискорбно это осознавать сторонникам африканского национализма, в любой такой системе должен принять активнейшее участие Запад — африканские государства четко показали, что пока самостоятельно решать свою судьбу они не в состоянии.