Дипломатическая борьба
вокруг Египта и участие в ней России (в период с 1881 по 1896
г.)
БЕККИН Ренат Ирикович, Международник.ру, 4 ноября 2006
В последние годы Россия опять повернулась лицом к Востоку,
и к Ближнему Востоку, в частности. В свое время, после победы
революции 1952 года СССР стал большим другом и партнером Египта.
Период советско-египетских отношений после «славной революции»
1952 года достаточно подробно исследован отечественными историками.
Другое дело – события, предшествовавшие зарождению дружбы
между нашими странами. Помним ли мы об этих истоках этих отношений?
Скорее, нет, - хотя, например, египетский кризис 1881-82 гг.
ничуть не уступает по значимости и масштабам известным событиям
1956 г. Не стоит забывать и о дипломатических победах России
в 1892 и 1896 гг. И все это, учитывая необычность статуса
тогдашнего Египта, который был всего лишь автономией в рамках
Османской империи.
Краткая историческая справка
Несмотря на то, что долгое время Египет находился под властью
различных держав и не имел возможности самостоятельно определять
свою внешнюю политику, российско-египетские отношения имеют
длительную историю.
Начиная с X-XI вв. – времени расцвета древнерусского государства
- из русских земель через Византию в святые места (в Палестину,
на Синай) отправлялись паломники, которые помимо прочего привозили
с собой диковины из Земли Египетской. На Синае находится один
из древнейших и почитаемых в христианском мире монастырей
- монастырь Святой Екатерины.
Однако первое описание долины Нила и Каира, в частности,
относится к 70-м гг. XIV века и принадлежит паломнику по святым
местам архимандриту смоленскому Агрефению. Тему российско-египетских
контактов продолжают хождения священника Варсонофия и купца
Василия. Оба оставили после себя подробное описания, в которых
есть интересные упоминания о Каире и Египте. Это – «Хожение
священноинока Варсонофия ко Святому граду Иерусалиму 1461
– 1462 гг» и «Хожения гостя Василия 1465 – 1466 годов», причем
последнее произведение представляет собой едва ли не путеводитель
для коммерсантов.
С расширением территории Российского государства увеличивается
интерес России к Ближнему Востоку.
В XVII в. Египет посещают купец Василий Гагара (1634-37)
и священник Арсений Суханов (1649–54). Оба паломника оставили
интересные описания экономического уклада тогдашнего Египта.
Однако Египет вплоть до XIX в. интересовал Россию, прежде
всего, в экономическом плане.
Не обошлось и без ответного интереса со стороны Египта. Стремившийся
обособиться от Османской империи, Египет рассматривал Россию
как своего союзника в борьбе с турками. В 1783 г. между двумя
странами устанавливаются консульские отношения. Барон фон
Тонус стал первым русским консулом в Египте. Он занимал эту
должность с 1783 по 1789 г.
Во время правления Мухаммада Али российско-египетским отношениям
придается характер международных связей. Во второй половине
XIX в. в Египте уже действует хорошо организованная российская
консульская служба во главе с генеральным консулом [1].
Стоит отметить, что политика российской империи в Египте
была разумной и острожной. Не обладая достаточными возможностями
для фактического преобладания на берегах Нила, российская
сторона стремилась сохранить имевшийся баланс сил. И это ей
удавалось. Во многом благодаря усилиям российской дипломатии,
Египет получил в 1860-70-х гг. самостоятельный статус в рамках
Османской империи. Так, хедив [2] Исмаил-паша обладал полной
свободой в вопросах внутреннего управления Египтом, он также
мог заключать ряд соглашений с иностранными государствами.
Противостоя таким образом господству Турции в Египте, Россия
одновременно препятствовала английскому проникновению в зону
Суэцкого канала.
Египетский кризис 1881-1882 гг.
К 1881-82 гг. Египет представлял собой страну, находившуюся
под Двойственным англо-французским финансовым контролем. Финансовое
закабаление страны началось еще в 1840-е гг., когда западные
державы (во второй половине XIX в. под этим термином понимались,
как правило, Англия и Франция), почувствовав ослабление Османской
империи, стали осуществлять активное проникновение в Египет.
В 1879 г. Великая Порта была окончательно объявлена банкротом.
В 1881 г. султан под нажимом держав опубликовал указ, в котором
соглашался на образование кредиторами Турции Совет Оттоманского
публичного долга.
Во главе Комиссии был поставлен Совет в составе представителей
держав-кредиторов: Англии (также представлявшей Голландию),
Франции, Германии, Австро-Венгрии и Италии. Председательствовали
в Совете поочередно англичане и французы, а турецкий правительственный
комиссар имел лишь право совещательного голоса.
Что же касается России, то она оставалась верна своей прежней
политике на Ближнем Востоке, имевшей целью изолировать от
международного сообщества увядавшую Турцию. Лишь в 1896 г.
французскому министру иностранных дел Аното удалось оговорить
Николая II и Н.П. Шишкина (товарища министра иностранных дел)
утвердить совместные инструкции послам России и Франции в
Константинополе, содержавшие французские предложения, от которых
до этого царское правительство отказывалось. Текст инструкций
предполагал расширение компетенции Совета Оттоманского публичного
долга с отправкой русского делегата в это учреждение.
Колебания российской стороны по данному вопросу хорошо отражены
в дневнике В.Н. Ламздорфа: «Вечером государь возвращает «докладную
записку» Шишкина относительно аудиенции, просимой Нелидовым;
на ней имеется помета: «во вторник, в 2 часа».
На памятной записке посла Его Величество написал:
«Чем больше я думал об этом, тем сильнее мне кажется, что
мы сделаем крупный промах, вводя своего представителя в Совет
по оттоманскому долгу. От этого мысли Аното нам надо отказаться».
На полях памятной записки государем отмечено: «Все, что тут
сказано, вполне справедливо». В добрый час! Но тогда зачем
же было раздавать определенные обещания в Париже и Версале,
зачем же было делать помету «Вполне согласен» на проекте инструкций,
доложенном в Дармштадте, зачем же было обещать позавчера,
в четверг, графу Монтебло, принимая его на аудиенции, что
будут предприняты старания убедить Нелидова и Витте в правильности
идеи, выраженной в инструкциях? Молодой монарх меняет мнение
с ужасающей простотой» [3].
В начале же описываемого нами периода ситуации была другой.
Источниками выступлений против захватнической политики европейских
держав, а именно – Англии и Франции, установивших над Египтом
Двойственный финансовый контроль, явилась армия – единственное
национальное учреждение в Египте того времени, не контролируемое
Европой.
Как метко замечает Ф.А. Ротштейн, армия начала с защиты своих
профессиональных интересов, а закончила тем, что встала на
защиту национальных интересов [4].
В 1879 г. т.н. «европейское министерство» Нубар-паши, где
все ключевые посты занимали англичане и французы, было свергнуто
офицерами, которым долго не выдавали жалование. Подобная же
ситуация возникла в мае 1880 г.
Полковник Араби и группа офицеров обратилась к военному министру
с требованием выдачи зарплаты. Правительство попыталось избавиться
от бунтовщиков, но те в итоге взяли верх, и военный министр
был свергнут. На его место назначили либерала Махмуда Сами.
Но вскоре хедив отправил в отставку либерального министра.
Это послужило сигналом для выступления солдат Араби-паши.
Хедив выступил с войском навстречу. Однако итогом этого недолгого
противостояния было согласие хедива на все требования Араби-паши
(отставку военного министра, дарование Конституции, увеличение
численности армии до 18 000 человек).
Сентябрьская революция имела огромное значение для национально-освободительного
движения Египта. Разумеется, западные державы встретили ее,
мягко говоря, недоброжелательно.
В октябре 1881 г. в Александрию были посланы английский и
французский броненосцы. Формальным поводом для этого явилась
отправка турецким султаном Абдул Хамидом II специальной миссии
в Каир. Целью подобной демонстрации силы было помешать Турции
восстановить свое прежнее влияние в Египте, а также подавить
активность национального движения ватанистов (патриотов).
Но этим конфликт исчерпан не был. В том же октябре 1881 г.
Турция обратилась к участникам возобновленного в 1881 г. соглашения
3 императоров: России, Германии и Австро-Венгрии. Позиция
России в тот момент перекликалась с турецкими интересами.
Российская империя всячески противилась захвату Египта западными
державами, - прежде всего, Англией. Действия русской дипломатии
носили преимущественно прагматическую направленность, ибо,
во-первых, Англия был главным соперником России на Ближнем
Востоке, и, во-вторых, Россия была заинтересована в Суэцком
канале – связующем звене европейской части империи с Дальним
Востоком.
Поэтому наиболее приемлемым для России было сохранение статус-кво
в Египте – политической автономии в рамках Османской империи,
а также признания египетского вопроса международным, что позволило
бы поставить под контроль действия Англии и Франции.
Для Германии и Австро-Венгрии основной целью было поссорить
Англию с Францией и с Россией. Неудивительно, что в ответ
на вышеуказанное обращение Порты был получен неоднозначный
ответ. Только благодаря активному противодействию России Германия
отозвала свой проект предоставления Англии и Франции свободы
рук в Египте.
В Берлине и в Вене рассчитывали, что это поможет поссорить
обе державы. По настоянию России, в октябре 1881 г. было заключено
соглашение России, Германии и Австро-Венгрии, в котором Высокие
Договаривающиеся Стороны обязались отстаивать принцип международного
регулирования египетского вопроса, выступая против сепаратных
действий отдельных держав.
При этом участники соглашения договорились, что оно будет
иметь секретный характер до тех пор, пока Англия и Франция
не заявят Турции свои требования относительно Египта.
Не зная об этой договоренности, но имея основания подозревать
неладное, Англия и Франция сняли морскую осаду Александрии.
Очевидно, что обе западные державы предприняли все, чтобы
расколоть германо-австро-русский союз. Для этого они обязались
не препятствовать проникновению немецкого капитала в Турцию.
Вместе с тем, между Англией и Францией существовало множество
противоречий, в основном по методам закабаления Египта. Но
под угрозой роста национально-освободительного движения, конкуренты
объединяются, и 8 января 1882 г. посылают ультимативную ноту
Египту, призывая хедива навести порядок в стране.
В противном случае, державы обещали вмешаться. Это вызвало
новые революционные волнения. Махмуд Сами ал-Баруди и Ахмед
Араби возглавили новое правительство. Палата нотаблей Консультативного
собрания депутатов приняла органический закон, вводящий парламентскую
систему. Это фактически означало уничтожение Двойственного
контроля.
В это же время Германия и Австрия публично выражают одобрение
англо-французской ноте. Против выступили Россия и Италия.
Последняя первоначально поддерживала Англию с Францией, но,
почувствовав себя обделенной, пошла на союз с Россией.
Вскоре под давлением России Германия и Австрия вернулись
к своей прежней позиции. 2 февраля 1882 г. Россия, Германия,
Австро-Венгрия и Италия публично выступили с декларацией,
в которой провозглашался принцип международного урегулирования
египетского вопроса. Таким образом, четверка осудила англо-французскую
ноту от 8 января.
Скорее всего, сыграло роль изменение позиции Италии, которое
не могли не учитывать Германия и Австро-Венгрия – будущие
партнеры Рима по Тройственному союзу.
Совместная декларация 4-х держав вызвала ответные заявления
Франции и Англии об их согласии на коллективное урегулирование
египетского вопроса. Но это были лишь слова. 15 мая 1882 г.
к берегам Александрии вновь подошла англо-французская эскадра.
Основной целью их присутствия было добиться свержения правительства
Араби-паши.
Однако этого интервентам не удалось. Тогда за дело взялся
хедив, и 11 июня 1882 г. в Александрии произошло избиение
христиан, организованное хедивом и гражданским губернатором
Умаром Лутфи-пашой и приведенное в исполнение наемными хулиганами
и полицией.
Вскоре мятеж был утихомирен силами ватанистов. Народ ликовал,
видя в Араби-паше спасителя Отечества. Ситуация меж тем складывалась
невыгодно для держав-агрессоров, и они пошли на следующее
– потребовали от хедива наделить их всей полнотой власти.
Образованный к тому времени Тройственный союз выступал едва
ли не единым фронтом с интервентами. Одновременно Англия все
больше пыталась освободиться от Франции в стремлении обладать
Египтом единолично. Тогда Франция выступила с инициативой
созыва международной конференции с участием главных европейских
государств.
Конференция открылась 23 июня 1882 г. Каждая из держав-участниц
пришла туда со своей программой:
1) Англия стремилась добиться на конференции отправки турецких
войск для подавления национально-освободительного движения.
Под прикрытием османских вооруженных сил Англия намеревалась
ввести в Египет свои войска.
2) Франция хотела проводить интервенцию либо совместно с
Англией, либо без нее.
3) Германия одобряла действия Англии и Франции, продолжая
политику игры на противоречия между европейскими державами.
4) Италия, в противовес Франции, поддерживала Англию.
5) Россия по-прежнему выступала за сохранение статус-кво
Египта. Но это была т.н. программа-минимум российской дипломатии.
Стало ясно, что так просто переломить ситуацию невозможно.
Поэтому была принята программа-максимум. Она предусматривала
замену англо-французского контроля над Египтом на международный.
Позднее программа-максимум нашла отражение в ноте России от
30 июня 1882 г.
Все участники конференции высказали неодобрение «программе
30 июня», и проблема Двойственного контроля на конференции
больше не обсуждалась.
По итогам Конференции было принято решение побудить Турцию
послать войска в Египет для подавления национального движения.
При этом была сделана оговорка, согласно которой западные
державы оставляли за собой свободу действий в случае возникновения
«непредвиденных обстоятельств».
В ходе конференции также произошло важнейшее событие, которое
окончательно определило раскол между Россией с одной стороны
и Тройственным союзом и англо-французским блоком с другой.
11 июля 1882 г. подверглась бомбардировке Александрия. Бомбардировка
продолжалась 10 часов, а через два дня произошла высадка британских
матросов.
Даже с точки зрения международного права XIX века, где формула
«Macht ist Recht» казалась вполне естественной, подобная акции
виделась незаконной.
Россия послала своим делегатам приказ немедленно оставить
конференцию, заявив, что «Его Императорское Величество согласен
принимать участие в конференции доколе ее решения будут приниматься
самостоятельно, но не желает просто соглашаться с свершившимися
фактами» [5].
Другие же державы вполне одобрили действия Лондона. Существовавшее
положение дел их вполне устраивало. Им было выгодно не брать
на себя ответственности за те действия, которые могла бы совершить
Англия. К тому же за Европейским концертом всегда оставалось
бы право обуздать Англию, когда понадобится.
Однако неучастие России в конференции тоже было невыгодно
ее участникам. Ведь в случае хотя бы формального присутствия
царских представителей в Константинополе, создавалась какая-то
иллюзия международного консенсуса, в случае же отсутствия
российских делегатов, Россия бы не считала себя связанной
решениями конференции.
Не стоило забывать и о Суэцкой проблеме, которую опять же
желательно было решать при участии России.
Учитывая подобные факторы, германская сторона внесла предложение
о создании международной морской полиции для охраны Суэцкого
канала. Помимо этого, страны Тройственного союза заявили о
намерении добиваться принятия конференцией заключительной
декларации (о международном договоре, имеющем обязательную
силу для всех участников, речь не шла). Державы рассматривали
данную декларацию как гарантию против попыток Англии осуществлять
какие-либо изменения статус-кво Египта без согласия Европейского
концерта.
В ответ британское правительство заверило участников, что
только после окончания войны с патриотами в Египте, оно (т.е.
правительство) обратится к другим державам за содействием
в урегулировании египетского вопроса…
Увы, Россию обманули. В результате противодействия Англии
и Тройственного союза, резолюция 14 августа о коллективной
охране Суэцкого канала оказалась всего лишь листом бумаги,
а переговоры о заключительной декларации так ни к чему и не
привели.
Попытки России связать своих партнеров по Союзу трех императоров
(Германию и Австро-Венгрию) обязательством совместно отстаивать
свое право участвовать в урегулировании египетского вопроса,
потерпели провал. Оказались тщетными и российские призывы
к турецкому султану вмешаться и потребовать рассмотрения египетского
вопроса всем Европейским концертом.
Итогом британской оккупации Египта можно назвать подавление
национального движения и превращение страны де-факто в протекторат
Англии (де-юре это произошло 18 декабря 1914 г.).
К сфере международной компетенции были отнесены лишь вопросы
об иностранных займах Египта, порядок налогообложения иностранцев,
вопросы о смешанных судах и о режиме судоходства по Суэцкому
каналу. Преобразования в Египте были названы Англией «планом
реформ» и отражены в ноте Форин оффиса европейским державам
и Турции от 3 января 1883 г.
В ответ Россия сразу же заявила, что оставляет за собой право
требовать возобновления дискуссии по египетскому вопросу на
международном уровне.
Турция же никак не отреагировала на ноту Англии, что согласно
международному обычаю, рассматривается как ситуация «эстоппель»,
т.е. Турция как бы лишила себя на будущее права возражать
против всего, о чем говорилось в ноте.
Остальные же державы поддерживали действия Англии, лишь Франция
внесла оговорку, в которой выражалось недовольство упразднением
двойственного контроля Англии и Франции в Египте…
* * *
Подводя итог краткому обзору дипломатической борьбы вокруг
Египта в 1881 – 82 гг., приходится признать поражение российского
МИДа в этой неравной схватке.
Ни программа-минимум отечественной дипломатии (сохранение
статус-кво Египта как политической автономии в рамках Османской
империи), ни программа-максимум (создание эффективного контроля
над Египтом с участием всех европейских держав), так и не
были реализованы.
Россию, покинувшую Константинопольскую конференцию, заманили
туда вновь, но Россия так и не получила того, что хотела.
Это было серьезное поражение России, - тем более заметное,
что ему предшествовал Берлинский конгресс [6].
Что касается египетских дел, то России удалось добиться успехов
во время следующих этапов египетского кризиса – в 1892 и 1896
г.
Новый этап дипломатической борьбы вокруг Египта
(1892, 1896 г.)
Узел всех восточных затруднений находится в Египте у Суэцкого
канала.
(министр иностранных дел России А.Б. Лобанов-Ростовский в
беседе с германским послом в Вене Ф. Эйленбургом).
Проиграв дипломатические баталии 1881-83 гг., Россия ждала
удобного момента, чтобы взять реванш. Россия не скрывала своих
опасений, что столь жизненно важный для империи объект как
Суэцкий канал находится в руках Англии.
Возможность перейти в наступление появилась в 1887 г. За
год до этого в 1886 г. лорд Солсбери, министр иностранных
дел, заявил, что Англия сдержит свои обещания и готова к эвакуации
войск из Египта, а британский посол в Париже отрицал слухи
о том, что Великобритания собирается продлить свое пребывание
в Египте по истечении трехлетнего срока со дня заключения
соответствующего соглашения.
Однако в соглашении была сделана оговорка, согласно которой
в случае возникновения опасности изнутри или извне, включая
непризнание со стороны какой-либо из держав Средиземного моря
(здесь подразумевалась Франция), британские войска получали
право остаться в Египте. Кроме того, Англия считала возможным
при возникновении в Египте беспорядков после эвакуации или
в случае нарушения международных обязательств Египта предоставить
турецкому или английскому правительству право оккупации страны.
Историки называют разные причины эвакуации. Скорее всего,
это был всего лишь красивый показной жест, дабы усыпить бдительность
соперников Англии по колониальному разделу мира.
По-видимому, конфронтация между Англией и Францией настолько
усилилась, что последняя целиком присоединилась к позиции
России. Париж и Петербург посоветовали султану требовать ограничения
права возобновления оккупации двухгодичным соком, а в случае
отказа не подписывать договор. Приободренный русско-французской
поддержкой, турецкий султан Абдул Хамид II отказался подписывать
британскую конвенцию Друммонда-Вольфа, где содержались вышеупомянутые
условия.
Следующий этап египетского кризиса дал о себе знать уже в
середине 1890-х гг., а именно к марту 1896 г. Английское правительство
обратилось в Кассу Египетского Долга, куда входили все участники
Константинопольской конференции, кроме Турции, с целью получить
500 тысяч фунтов из Резервного фонда. Эти деньги нужны были
Англии для того, чтобы расправиться с махдистами в Судане.
И вновь Россия и Франция выступили единым фронтом против
английской политики. Но, несмотря на то, что решения в Кассе
Египетского Долга принимались единогласно, Англии удалось
получить необходимые ей деньги.
Однако вопреки видимой безнаказанности Британии, в то время
все же существовал такой важный институт международного права,
как международная ответственность. В сочинении лорда Кромера
«Современный Египет» рассказывается о том, как представители
Франции и России обжаловали в Каирском трибунале 1-й инстанции
действия Англии, ссылаясь на принцип единогласия для принятия
решения членами Кассы Египетского Долга. Суд первой инстанции,
а затем суд второй (в ответ на английскую апелляцию) приняли
решение в пользу России и Франции [7].
Истраченные деньги британскому казначейству пришлось возвращать.
Отличный пример применения норм международного права! Прекрасный
результат деятельности российской дипломатии.
Но Россия не останавливалась на достигнутом. Российские представители
обратились к султану, добиваясь созыва специальной международной
конференции по определению статуса Суэцкого канала и Египта.
Английские дипломаты засуетились. Лондон начал торговлю,
предложив поменять Черноморские проливы на Египет. Разумеется,
что Россия не согласилась даже на такое заманчивое предложение,
ибо в случае господства Англии на Суэцком канале, смысл в
Босфоре и Дарданеллах отпадал – путь на Дальний Восток оказывался
для России закрытым.
В Лондоне меж тем стали тревожиться. Никакой правовой базы
под английским господством в Египте не было. Согласно действовавшим
на то время международно-правовым актам, Египет рассматривался
как автономная часть Османской империи. Стамбул потребовал
от английского правительства официально зафиксировать дату
вывода войск из Египта. Но английская дипломатия не теряла
надежды.
На следующий год, в 1892 г. скончался хедив Египта Тауфик.
Его должность занял его 18-летний сын Аббас II Хилми. В Стамбуле
уже подготовили соответствующий фирман (указ султана), ограничивавший
восточные владения нового хедива линией ал-Ариш - Суэц. Вместе
с тем, предыдущие распоряжении султана предоставляли во владение
Египту и Синайский полуостров.
А дело было вот в чем. После захвата англичанами Египта,
они начали активное проникновение через Синай в Хиджаз, Неджд,
Йемен, бывшие тогда номинально владениями Турции. Учитывая
подобные действия, султан Абдул Хамид II отобрал у Египта
Синайский полуостров.
Английская дипломатия посчитала это удобным поводом, чтобы
поссорить Каир и Стамбул, создав тем самым напряженную ситуацию
в регионе и не выводить войска из Египта.
Немало пришлось поработать в этот период русской дипломатии
в Египте. Искренне восхищение вызывает деятельность настоящего
профессионала – русского генерального консула в Каире Кояндера.
Узнав о планах Англии, он постарался сделать все, чтобы ссоры
между султаном и хедивом не произошло. Кояндер посоветовал
Аббасу II Хилми не требовать изменения текста будущего фирмана,
а в устной форме просить Абдул Хамида сохранить за Египтом
управление Синайским полуостровом. Хедив согласился. Но тут
вмешалась английская дипломатия, которая посоветовала Аббасу
II Хилми требовать от султана гарантий власти хедива на Синае
для великих держав.
Чтобы исправить, положение русский и французский генеральные
консулы Кояндер и Реверсо обратились к своим послам в Константинополе,
чтобы те потребовали от султана передать хедиву управление
Синайским полуостровом.
27 марта 1892 г. Абдул Хамид подписал фирман об инвеституре,
с учетом советов Кояндера и Реверсо. Но генеральный консул
Великобритании Кромер воспрепятствовал чтению фирмана представителем
султана, ссылаясь на то, что ни ему, ни хедиву не были заранее
представлены копии текста фирмана.
Кромер тянул время, ожидая пока английское посольство в Константинополе
ознакомится с фирманом. Это дало бы возможность Англии выступить
в качестве единственного гаранта осуществления того, о чем
шла речь в фирмане.
Но под давлением русского и французского генеральных консулов
фирман все же был оглашен 14 апреля в Каире. Кроме того, была
зачитана телеграмма султана, отдававшая хедиву Синай.
В тот же день текст фирмана об инвеституре был опубликован
в органе египетского правительства «Journal Officiel». Таким
образом, гарантами выступили три державы: Англия, Франция
и Россия.
Однако английская дипломатия не сдавалась. В «Daily News»
появилось сообщение о негативном отношении хедива к Кояндеру.
Аббас II Хилми поспешил опровергнуть это сообщение.
Напротив отношение хедива к Росси и самому Кояндеру стало
еще лучше. Вот что он говорил управляющему русским консульством
в Александрии: «Вы знаете, какое слепое доверие я имею ко
всему, что говорит мне господин Кояндер» [8]. В последующие
годы Аббас II Хилми неоднократно обращался в русское генеральное
консульство за советом.
Победа российской дипломатии была налицо. Конечно, это была
не полная победа, ибо английские войска так и не ушли из Египта.
Впрочем, вины России в том нет.
Так, в 1897 г. в связи с завершением греко-турецкой войны
ставился вопрос о выводе турецких войск из Фессалии. От египетских
патриотов хедиву поступило предложение – обусловить вывод
турецких войск с греческой территории эвакуацией английских
войск из Египта. Увы, султан побоялся сделать этот смелый
шаг.
Российская дипломатия и в дальнейшем уже в начале XX в. пыталась
противодействовать росту английского влияния в Египте. Но
политическая ситуация в мире была уже не та. Франция вновь
стала сближаться с Англией, создав с ней в 1904 г. в Антанту.
А Россия была отвлечена проблемами, прежде всего, русско-японской
войной.
Но вместе с тем, нельзя забывать о той положительной роли,
которую сыграла Россия в истории Египта.
По итогам русско-английского противостояния 1881-1896 гг.
можно сделать следующие выводы:
1. Россия предотвратила превращение Египта в колонию Англии
как де-юре, так и де-факто, не допустив окончательного его
отторжения от Османской империи.
2. Россия не допустила установления контроля Англии над Суэцким
каналом.
3. Твердая позиция России заставила Англию, Францию и другие
державы уважать договорные и обычные нормы международного
права.
4. Помимо своей пусть и невольной помощи египетскому национально-освободительному
движению, Россия помогла независимому махдистскому государству
в Судане. Препятствуя оккупации Англией Египта, Россия способствовала
укреплению махдистского государства, а когда в 1896 г. Англия
собиралась оккупировать Судан, Россия уже в судебном порядке
совместно с Францией помешала агрессии Англии в эту страну.
Хотя с позиции сегодняшнего дня много в прошлом видится иначе,
мы наблюдаем твердую преемственность политики России в отношении
Египта. Египет традиционно был для нашей страны зоной стратегических
интересов. Россия была заинтересована в дружеском сильном
суверенном Египте. В целом, не смотря на сложность внешнеполитической
обстановки в конце 19-го века, российской дипломатии удалось
добиться очевидных успехов на египетском направлении.
--------------------------------------------------------------------------------
Ссылки:
[1] Генеральное консульство в Каире находилось в XIX – нач.
XX в. на улице Имад ад-Дин, 16, а генеарльное консульство
в Александрии - на улице Розетты, 68.
[2] Хедив – титул правителей Египта в 1867-1914 г.
[3] Ламздорф В.Н. Дневник 1894 – 1896. – М., 1991. – С. 401.
[4] Ротштейн Ф.А. Захват и закабаление Египта. – М., 1959.
– С. 112.
[5] Egypt (Blue Book). – London, 1882. - № 17. – P. 259-260//
цит. по: Ротштейн Ф.А. Захват и закабаление Египта. – М.,
1959.
[6] Берлинский конгресс 1878 - созван для пересмотра условий
Сан-Стефанского мира 1878 по инициативе Великобритании и Австро-Венгрии,
выступавших против усиления позиций России на Балканах. Другие
участники: Германия, Франция, Италия и Турция. Оказавшееся
в дипломатической изоляции русское правительство пошло на
уступки. Подписан Берлинский трактат.
[7] Cromer E. Modern Egypt. – London, 1908. – Vol. II. –
P. 85-86.
[8] АВПР, Фонд Политархив. 1893. Дело № 831, лл. 165-166.
Депеша управляющего генеральным консульством в Каире Преображенского
Гирсу от 7 сентября 1893 г. № 35// цит. по: Бондаревский Г.Л.
Русско-египетские отношения. – М., 1960.
|
