Эфиопия: Христианский
остров или исламское государство?
Александр Крылов, д.и.н., в.н.с. ИМЭМО РАН
Благовест инфо, 7 ноября 2006
В сентябре этого года в Эфиопии работала российская научно-исследовательская
экспедиция. Основным полем деятельности была Аддис-Абеба,
но нам также удалось совершить две поездки в южном направлении
(примерно 400 км от столицы) и в северном направлении (около
700 км). На юге мы побывали - в городе Джимма и окружающих
районах, на севере - в городах Гондар, Бахр-Дар и их окрестностях.
Большинство участников нашей экспедиции вновь приехали в
Эфиопию после 15-летнего перерыва и временами мы не узнавали
хорошо знакомых мест. В столице появилось довольно много новостроек,
но в целом она вызывает довольно печальное впечатление. Бедственное
состояние городского хозяйства и транспорта бросается в глаза,
многократно возросло число нищих и попрошаек. Проблему бедности
не смогли решить император Хайле-Селассие I (был свергнут
военными в 1974 г.) и провозгласивший социалистическую ориентацию
и союзный СССР военный режим во главе с Менгисту-Хайле-Мариамом
(свергнут в 1991 г.). Не смогли ее решить и нынешние руководители
- бывшие повстанцы из освободительных фронтов.
Нынешнее руководство страны во главе с Мелесом Зенави провозгласило
ориентацию на западную демократию и права человека. Его очевидным
достижением является сохранение территориальной целостности
Эфиопии, которая (и без отделившейся в 1993 г. северной провинции
Эритрея) продолжает оставаться одним из крупнейших по площади
государств Африки с населением в 77 млн. человек. Другой заслугой
нынешних эфиопских властей является широкомасштабное дорожное
строительство, ведущееся при финансовой помощи США, ЕС и Японии.
Была проведена и военная реформа: всеобщая воинская обязанность
отменена и сформирована небольшая по численности профессиональная
армия. В условиях современной Африки подобные достижения весьма
весомы. Но очевидно, что столь необходимых обществу качественных
социально-экономических изменений за прошедшие 15 лет добиться
так и не удалось.
Главной проблемой по-прежнему остается вопиющая нищета подавляющего
большинства населения. Страна продолжает входить в число беднейших
стран мира с годовым доходом на душу населения на уровне 100-120
долларов. Это ведет к политической нестабильности, обостряет
межэтнические проблемы и самым непосредственным образом сказывается
на конфессиональной ситуации.
Эфиопия на протяжении многих столетий играла роль "христианского
острова в мусульманском море". Входящая в число древних
восточных церквей Эфиопская Церковь (The Ethiopian Orthodox
Church) всегда играла важную идеологическую и политическую
роль в жизни государства и практически была от него неотделима.
Теперь привычная ситуация быстро меняется: рост влияния ислама
бросается в глаза и временами создается впечатление, что "мусульманское
море" уже в скором времени может затопить когда-то неприступный
"христианский остров".
Пока власти предпочитают не замечать прогрессирующего ослабления
позиций Эфиопской Церкви. Официальная точка зрения состоит
в том, что численность мусульман (на них приходится половина
жителей страны) практически не меняется, а их присутствие
стало более заметным лишь благодаря демократизации общественной
жизни, так как они получили возможность наглядно проявлять
свою приверженность исламу. Это проявляется в стремлении следовать
мусульманским канонам в своей одежде, причем значительное
число женщин (и даже совсем маленьких девочек) уже не ограничивается
ношением глухих платков по иранскому образцу, а предпочитает
аравийские глухие черные накидки-паранджи. Однако было бы
неверным упрощать проблему и сводить ее лишь к манере одеваться
и бытовому уровню.
Рост численности мусульманской общины уже оказывает большое
влияние на сферу межконфессиональных отношений и на политическую
жизнь страны. Происходит он, прежде всего, за счет быстрой
исламизации тех народов Эфиопии, которые до последнего времени
сохраняли свои традиционные религии, а также благодаря куда
более высокому уровню рождаемости на мусульманском юге по
сравнению с христианским севером. Одним из наиболее наглядных
проявлений роста влияния ислама является массовое строительство
мечетей. За 15 лет только в Аддис-Абебе их число возросло
в десять раз (с восьми до восьмидесяти).
Большое количество новых городских мечетей было зафиксировано
нами не только на юге, но и в традиционно христианских районах
на севере страны. Однако наибольшее впечатление производит
массовое строительство мечетей в сельской местности. Нередко
приходилось видеть, что в придорожных селах юга через несколько
глинобитных хижин-тукулей следовала очередная новая мечеть.
На севере в сельской местности мечети встречаются очень редко,
причем новых среди них нам увидеть не довелось. На юге же
большинство выполненных из кровельного железа сельских мечетей
сооружено в течение последних нескольких лет. Об этом свидетельствует
то, что все они не имели ни малейших признаков ржавчины (в
отличие от крытых железом сельских мечетей на севере). Это
может свидетельствовать о скоординированной политике исламизации
Эфиопии, которая проводится мусульманскими государствами (Саудовская
Аравия, Кувейт, ОАЭ и др.) и международными организациями
("Исламская мировая лига", "Международная Исламская
организация возрождения и др."). Состоит она в том, чтобы
в кратчайшие сроки добиться полной исламизации юга страны
путем обращения в ислам тех народов, которые сохраняют приверженность
древним традиционным религиям, а также той части населения,
которая была обращена в христианство в результате завоеваний
эфиопского императора Менелика II в конце ХIХ века (тогда
в христианство перешла и значительная часть местных мусульман).
Большинство населения Эфиопии продолжает проживать в сельской
местности, поэтому основные усилия направлены на распространение
ислама именно там. Это находит выражение в массовом строительстве
именно сельских, однотипных и довольно невзрачных мечетей.
Часто складывалось впечатление, что напоминающие наши пеналы-укрытия
для автомашин новые сельские мечети безжизненны и практически
не используются. Об этом свидетельствовал неухоженный вид
и окружающая многие сельские мечети высокая трава, по которой
давно никто не ходил. Можно предположить, что определенное
количество причастных к массовому строительству мечетей было
заинтересовано не столько в реальном распространении ислама
и удовлетворении нужд местных мусульман, сколько в количественных
показателях для отчета перед зарубежными спонсорами.
Рост численности эфиопских мусульман создает основу для повышения
их роли в политической жизни страны. Основные социально-экономические
проблемы не были решены ни под лозунгами христианской монархии,
ни научного социализма с его государственным атеизмом, ни
пришедшей им на смену демократии западного образца. В результате
дискредитации прежних идей и лозунгов в Эфиопии (особенно
в ее южной части) может получить популярность их альтернатива
в виде исламского пути общественного развития. Впрочем, перспектива
создания в Эфиопии исламского государства будет зависеть не
только от внутриполитических процессов, но и от многочисленных
внешних факторов. Прежде всего от того, в каком направлении
будет развиваться ситуация на Большом Ближнем Востоке, по
отношению к которому Эфиопия и другие страны Африканского
Рога играют роль южной периферии.
|
